USD 91.3336    CNY 12.6316    EUR 98.7225    JPY 60.7271
Москва oC
Последние новости
Поиск
» » Александр Скрябин: “Силен и могуч тот, кто испытал отчаяние и победил его”

Александр Скрябин: “Силен и могуч тот, кто испытал отчаяние и победил его”

07 янв 2017, 12:19    Freelady
0 комментариев    618 просмотров
Александр Скрябин: “Силен и могуч тот, кто испытал отчаяние и победил его”
“Хотел бы я родиться мыслью, облететь весь мир и наполнить собою всю Вселенную. Хотел бы я родиться чудной мечтой молодой жизни, движением святого вдохновения, порывом страстного чувства…”Александр Скрябин вошел в русскую музыку в конце 1890-х годов и сразу заявил о себе как исключительная, ярко одаренная личность. Смелый новатор, «гениальный искатель новых путей», по словам Н. Мясковского,

«при помощи совершенно нового, небывалого языка он открывает пред нами такие необычайные… эмоциональные перспективы, такие высоты духовного просветления, что вырастает в наших глазах до явления всемирной значительности».

Александр Скрябин родился 6 января 1872 года в семье московской интеллигенции. Родителям не довелось сыграть заметной роли в жизни и воспитании их сына: мать через три месяца после рождения Сашеньки умерла от туберкулеза, а отец — адвокат — вскоре уехал в Константинополь. Забота о маленьком Сашеньке целиком легла на бабушек и тетю, Любовь Александровну Скрябину, ставшей для него и первой учительницей музыки.

Музыкальный слух и память Саши поражали окружающих. С ранних лет он по слуху легко воспроизводил услышанную один раз мелодию, подбирал ее на рояле или на других инструментах. Еще не зная нот, уже в три года он проводил за роялем многие часы, до того, что протирал педалями подошвы на обуви. «Так и горят, так и горят подошвы», — сокрушалась тетушка. К роялю мальчик относился как к живому существу – прежде, чем пойти спать, маленький Саша целовал инструмент. Антон Григорьевич Рубинштейн, некогда обучавший мать Скрябина, кстати, блестящую пианистку, был поражен его музыкальными способностями.По семейной традиции, 10-летнего дворянина Скрябина отдали во 2-й Московский кадетский корпус в Лефортово. Примерно через год там состоялось первое концертное выступление Саши, на это же время пришлись и его первые композиторские опыты. Выбор жанра – фортепианные миниатюры – выдавало глубокое увлечение творчеством Шопена (ноты Шопена юный кадет клал себе под подушку).

Продолжая учебу в корпусе, Скрябин стал заниматься частным образом у видного московского педагога Николая Сергеевича Зверева и по теории музыки у Сергея Ивановича Танеева. В январе 1888 года, в возрасте 16 лет, Скрябин поступил в Московскую консерваторию. Здесь его педагогом стал Василий Сафонов, директор консерватории, пианист и дирижер.

Василий Ильич вспоминал, что у Скрябина было

“особое разнообразие тембра и звука, особая, необычайно тонкая педализация; он обладал редким, исключительным даром – рояль у него “дышал”…

“Не смотрите на его руки, смотрите на его ноги!”

– говорил Сафонов. Очень скоро Скрябин и его однокурсник Сережа Рахманинов заняли положение консерваторских «звезд», подававших наибольшие надежды.

Сочинял Скрябин в эти годы много. В собственноручно составленном им списке своих сочинений за 1885-1889 годы названо более 50 различных пьес.

Из-за творческого конфликта с учителем гармонии, Антоном Степановичем Аренским, Скрябин остался без композиторского диплома, закончив Московскую консерваторию в мае 1892 года с малой золотой медалью по классу фортепиано у Василия Ильича Сафонова.

В феврале 1894 года он впервые выступил в Петербурге как пианист-исполнитель собственных произведений. Этот концерт, состоявшийся, в основном, благодаря хлопотам Василия Сафонова, стал для Скрябина судьбоносным. Здесь он познакомился с известным музыкальным деятелем Митрофаном Беляевым, это знакомство сыграло важную роль в начальном периоде творческого пути композитора.

Митрофан Петрович взял на себя задачу “показать Скрябина людям” – он издавал его сочинения, оказывал финансовую поддержку на протяжение многих лет и летом 1895 года организовал большое концертное турне по Европе. Через Беляева завязались отношения Скрябина с Римским-Корсаковым, Глазуновым, Лядовым и другими петербургскими композиторами.

Первая поездка за границу – Берлин, Дрезден, Люцерн, Генуя, затем Париж. Первые отзывы французских критиков о русском композиторе – положительные и даже восторженные.

“Он – весь порыв и священное пламя”,

“Он раскрывает в своей игре неуловимое и своеобразное очарование славян – первых пианистов в мире”,

– пишут французские газеты. Отмечались его индивидуальность, исключительная тонкость, особое, «чисто славянское» очарование.

В последующие годы Скрябин бывал в Париже неоднократно. В начале 1898 года состоялся большой концерт из произведений Скрябина, в некотором отношении не совсем обычный: композитор выступил вместе со своей женой-пианисткой Верой Ивановной Скрябиной (урожденной Исакович), на которой женился незадолго до этого. Из пяти отделений сам Скрябин играл в трех, в двух остальных — Вера Ивановна. Концерт прошел с огромным успехом.

Осенью 1898 года, в возрасте 26-ти лет, Александр Скрябин принял предложение Московской консерватории и стал одним из ее профессоров, взяв на себя руководство классом фортепиано.

Конец 1890-х годов новые творческие задачи заставляют композитора обратиться к оркестру – летом 1899 года Скрябин приступил к сочинению Первой симфонии. В конце века Скрябин стал членом Московского философского общества. Общение вместе с изучением специальной философской литературы определило общее направление его воззрений.

Кончался XIX век, и вместе с ним – старый уклад жизни. Многие, как и гений той эпохи Александр Блок, предчувствовали “неслыханные перемены, невиданные мятежи” – социальные бури и исторические потрясения, которые принесет с собой век ХХ.

Наступивший серебряный век вызвал лихорадочный поиск новых путей и форм в искусстве: акмеизм и футуризм – в литературе; кубизм, абстракционизм и примитивизм – в живописи. Одни ударялись в учения, привнесенные в Россию с Востока, другие – в мистику, третьи – в символизм, четвертые – в революционный романтизм… Кажется, никогда еще при одном поколении не рождалось столь много самых различных направлений в искусстве. Скрябин же оставался верен самому себе:

“Искусство должно быть праздничным, должно поднимать, должно чаровать…”

Он постигает миросозерцание символистов, все более утверждаясь в мысли о магической силе музыки, призванной спасти мир, а также увлекается философией Елены Блаватской. Эти настроения привели его к замыслу «Мистерии», ставшей для него отныне главным делом жизни.

«Мистерия» представлялась Скрябину как грандиозное произведение, в котором объединятся все виды искусств — музыка, поэзия, танец, архитектура. Впрочем, это должно было быть, по его идее, не чисто художественное произведение, а совсем особое коллективное «великое соборное действо», в котором примет участие – не более, не менее – все человечество.

За семь дней, срок, за который Бог создал земной мир, в результате этого действа люди должны будут перевоплотиться в некую новую радостную сущность, приобщенную к вечной красоте. В этом процессе не будет разделения на исполнителей и слушателей-зрителей.

Скрябин мечтал о новом синтетическом жанре, где “сольются не только звуки и цвета, но ароматы, пластика танца, стихи, лучи заката и мерцание звезд”. Замысел поражал своей грандиозностью даже самого автора. Боясь подступиться к нему, он продолжал творить «обычные» музыкальные произведения.

В конце 1901 года Александр Скрябин заканчивает Вторую симфонию. Его музыка оказалась столь новой и непривычной, столь дерзкой, что исполнение симфонии в Москве 21 марта 1903 года превратилось в форменный скандал. Мнения публики разделились: одна половина зала свистела, шикала и топала, а другая, встав возле эстрады, бурно аплодировала. “Какофония” – таким язвительным словом назвал симфонию мэтр и учитель Антон Аренский. И другие музыканты находили в симфонии «необычайно дикие гармонии».

“Ну уж и симфония… это черт знает что такое! Скрябин смело может подать руку Рихарду Штраусу. Господи, да куда же девалась музыка?..”,

– иронически писал Анатолий Лядов в письме Беляеву. Но изучив музыку симфонии ближе, он сумел оценить ее.

Однако, Скрябин ничуть не был смущен. Он уже ощущал себя мессией, провозвестником новой религии. Такой религией для него было искусство. Он верил в его преобразующую силу, он верил в творческую личность, способную создать новый, прекрасный мир:

“Иду сказать им, чтобы они… ничего не ожидали от жизни, кроме того, что сами по себе могут создать… Иду сказать им, что горевать не о чем, что утраты нет. Чтобы они не боялись отчаяния, которое одно может породить настоящее торжество. Силен и могуч тот, кто испытал отчаяние и победил его”.

Менее чем через год после окончания Второй симфонии, в 1903 году Скрябин приступил к сочинению Третьей. Симфония, названная “Божественной поэмой” описывает эволюцию человеческого духа. Она написана для огромного состава оркестра и состоит из трех частей: “Борьба”, “Наслаждение” и “Божественная игра”. Композитор впервые воплощает в звуках этой симфонии полную картину своего “магического универсума”.

В течение нескольких летних месяцев того же 1903 года, Александр Скрябин создает более 35 фортепианных произведений, в том числе и свою знаменитую Четвертую сонату для фортепиано, в которой передано состояние неудержимого полета к манящей звезде, изливающей потоки света – столь велик был переживавшийся им в это время творческий подъем.

В феврале 1904 года Скрябин оставил педагогическую работу и почти на пять лет уехал за границу. Следующие годы он провел в Швейцарии, Италии, Франции, Бельгии, побывал также с гастролями в Америке.

В ноябре 1904 года Скрябин завершает свою Третью симфонию. Параллельно он читает много книг по философии и психологии, его мировоззрение склоняется к солипсизму – теории, когда весь мир видится произведением собственного сознания.

“Я – хотение стать истиной, отождествиться с ней. Вокруг этой центральной фигуры построено все остальное…”

К этому времени относится важное событие в его личной жизни: он разошелся со своей женой Верой Ивановной. Окончательное решение уйти от Веры Ивановны было принято Скрябиным в январе 1905 года, к тому времени у них было уже четверо детей.

Второй женой Скрябина стала Татьяна Федоровна Шлецер, племянница профессора московской консерватории. Татьяна Федоровна имела музыкальное образование, занималась одно время даже композицией (ее знакомство со Скрябиным и завязалось на почве занятий с ним по теории музыки).

Летом 1095 года Скрябин вместе с Татьяной Федоровной переехали в итальянский город Больяско. В это же время умирают два близких человека Александра Николаевича – старшая дочь Римма и друг Митрофан Петрович Беляев. Несмотря на тяжелое моральное состояние, отсутствие средств к существованию и долги, Скрябин пишет свою “Поэму экстаза”, гимн всепобеждающей воле человека:

“И огласилась вселенная
Радостным криком:
Я есмь!”

Его вера в безграничные возможности человека-творца достигла крайних форм.

Скрябин много сочиняет, его издают, исполняют, но все же он живет на грани нужды. Желание поправить свои материальные дела снова и снова гонит его по городам – он гастролирует в США, Париже и Брюсселе.

В 1909 году Скрябин возвращается в Россию, где к нему, наконец, приходит настоящая слава. Его произведения исполняются на ведущих сценах обеих столиц. Композитор едет в концертное турне по волжским городам, одновременно он продолжает свои музыкальные поиски, все дальше уходя от принятых традиций.

В 1911 году Скрябин завершает одно из самых гениальных сочинений, бросившее вызов всей музыкальной истории – симфоническую поэму “Прометей”. Ее премьера 15 марта 1911 года стала самым крупным событием как в жизни композитора, так и в музыкальной жизни Москвы и Санкт-Петербурга.

Дирижировал знаменитый Сергей Кусевицкий, за фортепиано был сам автор. Для исполнения своей музыкальной феерии композитору понадобилось расширить состав оркестра, включить в состав партитуры фортепиано, хор и нотную строку, обозначавшую цветовое сопровождение, для чего он придумал специальную клавиатуру… Понадобилось девять репетиций вместо обычных трех. Знаменитый “прометеев аккорд”, по словам современников, “прозвучал, как настоящий голос хаоса, как какой-то из недр родившийся единый звук”.

«Прометей» породил, по выражению современников, «ожесточенные споры, экстатический восторг одних, глумление других, большей же частью — непонимание, недоумение». В итоге, однако, успех был огромный: композитора забросали цветами, в течение получаса публика не расходилась, вызывая автора и дирижера. Через неделю “Прометей” был повторен в Санкт-Петербурге, а затем зазвучал в Берлине, Амстердаме, Лондоне, Нью-Йорке.

Светомузыка – так было названо изобретение Скрябина – заворожила многих, конструировались новые свето-проекционные аппараты, обещая новые горизонты синтетическому звуко-цветовому искусству. Но многие отнеслись скептически к новациям Скрябина, тот же Рахманинов, который однажды, разбирая за роялем в присутствии Скрябина “Прометея”, спросил не без иронии “какой же тут цвет”. Скрябин обиделся…

Последние два года жизни мысли Скрябина занимало произведение «Предварительное действие». Оно должно было, исходя из названия, явиться чем-то вроде «генеральной репетиции» «Мистерии», ее, так сказать, «облегченным» вариантом. Летом 1914 года вспыхнула Первая мировая война – в этом историческом событии Скрябин увидел прежде всего начало процессов, которые должны были приблизить «Мистерию».

“Но как ужасно велика работа, как ужасно она велика!”

– с беспокойством восклицал он. Возможно, он стоял на пороге, перешагнуть который еще никому не удавалось…

Первые месяцы 1915 года Скрябин много концертировал. В феврале состоялись два его выступления в Петрограде, имевшие очень большой успех. В связи с этим был назначен дополнительно третий концерт, на 15 апреля. Этому концерту суждено было оказаться последним.

Вернувшись в Москву, Скрябин через несколько дней почувствовал себя нездоровым. У него появился карбункул на губе. Нарыв оказался злокачественным, вызвав общее заражение крови. Поднялась температура. Ранним утром 27 апреля Александра Николаевича не стало…

“Как объяснить, что смерть настигла композитора именно в тот момент, когда он был готов занести на нотную бумагу партитуру “Предварительного действия”?

Он не умер, его взяли от людей, когда он приступил к осуществлению своего замысла… Через музыку Скрябин узрел много такого, что не дано знать человеку… и потому он должен был умереть..”

— писал ученик Скрябина Марк Мейчик через три дня после похорон.

“Не верилось, когда пришла весть о кончине Скрябина, такой нелепой, такой недопустимой. Прометеев огонь снова угас. Сколько раз что-то злое, роковое пресекало уже развернувшиеся крылья.

Но “Экстаз” Скрябина сохранится среди победных достижений.”

– Николай Рерих.

“Скрябин в исступленно-творческом порыве искал не нового искусства, не новой Культуры, а новой земли и нового неба. У него было чувство конца всего старого мира, и он хотел сотворить новый Космос.

Музыкальная гениальность Скрябина так велика, что в музыке ему удалось адекватно выразить свое новое, катастрофическое мироощущение, извлечь из темной глубины бытия звуки, которые старая музыка отметала. Но он не довольствовался музыкой и хотел выйти за ее пределы…”

– Николай Бердяев.

“Он был не от мира сего, и как человек, и как музыкант. Только моментами прозревал он свою трагедию оторванности и, когда прозревал, не хотел в нее верить”,

– Леонид Сабанеев.

“Есть гении, которые гениальны не только в своих художественных достижениях, но гениальны в каждом шаге своем, в улыбке, в походке, во всей своей личной запечатленности. Смотришь на такого – это – дух, это – существо особого лика, особого измерения…”

– Константин Бальмонт.

Тайна Александра Скрябина еще не раскрыта…
  • 0
Читайте также
17 ноя 2016, 06:22    0 комментариев
Официальный представитель госдепа Джон Кирби не смог ответить журналисту канала RT на вопрос, откуда у Вашингтона информация о...
Комментарии